Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
13:35 

Что перемен любых сильней. Глава 3

ищу прекрасное зло
День четвертый.

Странно, но утром Ксакс больше ни в кого не превратился. Неужели надоело? У костра сидел все тот же музыкант, что и вчера.
-Я думала, что твой театр бесконечен- удивилась принцесса и сразу же отругала себя за резкость. В том, что ей кошмар опять приснился Ксакс только отчасти виноват. Его советник виноват куда больше.
-Для другой роли мне надо будет расстаться с лютней. А я не могу. Я долго не играл, а теперь музыка ко мне вернулась.
Странно, но самый богатый из лордов Кейла перенес отсутствие привычной роскоши и слуг куда лучше, чем она. Легко перенес. Ксаксу было достаточно того, что он снова играет и пытается Аруну обаять. И не безуспешно.
-Ты как-то и не скучаешь по дворцу.
-Разве что по дворцовой ванне, принцесса.
Вару не покидало неприятное ощущение, что она четыре дня назад сделала все так, как и хотел Ксакс. Она недооценила его безудержную склонность к театральным жестам.
-Слева у нас кантон Равенна, а справа…
-Ксания. Что-то я сомневаюсь, чтобы в моем замке могло завестись что-то светлое. И чтобы Крил это не заметил. И меня там узнают, с лютней и без нее. У меня там рудники. Серебро, железо, сапфиры. Рубины вот недавно нашли, как раз после моего отъезда. И скажут Крилу. Как бы мне туда не хотелось- возвращаться нельзя- когда он говорил про Ксанию, то в голосе звучала истинная любовь. Но стремление убежать от прошлого было сильнее. Аруна удивилась, что после шахты он не боится спускаться под землю. На это была нужна большая смелость.
Как и многие талантливые актеры на памяти Леона он слишком уж любит звук своего голоса. Видимо Ксаксу в Крепости поговорить не с кем было, вот они и попали в слушатели.
-Тебя нет музыки оторвали. От рудников.
-Да. Как одно мешает другому?
Человек, стоящий перед ним, хотел всего и сразу. У него не было терпения. Не было осторожности. Вряд ли “Айрен” останется с ними надолго. Союзник из Ксакса получился неплохой, но очень уж ненадежный.
-А почему ты лорду Райену про его железо и серебро никогда не говорил? Потому что ты его ненавидишь?
Ответить принцессе было непросто, Леон увидел на лице их союзника что-то вроде смущения, честность была ему непривычна. Оказывается Ксаксу не все равно, как он выглядит в глазах Вары. Девочка имела над ним большую власть и вовсе не потому, что она принцесса.
-Конечно, ненавижу. Но еще мне не выгодно, чтобы два рудника были рядом. Два порта рядом. А свою землю он мне никогда не продаст.
Земля на вкус Вилла была так себе. Сухая и каменистая.
-Там сложно что-то вырастить. Разве что чудом.
-Но все можно купить. За то, что под землей.
-Ксакс, ты хотя бы в Равенне не ссорился с лордом? У тебя нет никаких разногласий с Арлайтом?- повторения вчерашнего Варе не хотелось. Несправедливо, что у Ксакса вся знать королевства отвечает за поступок одного человека. Мстительный он и остановиться не умеет, вряд ли в этом только тьма виновата. Она такой не будет. Не будет у неё весь Совет кантонов отвечать за предателей. Принцесса еще не знала точно, какой станет королевой, но ясно видела, какой не станет.
-Арлайт нездоров и вряд ли вообще из замка выйдет. Он будет болеть до коронации и немного дольше. На всякий случай.
-Он боится тебя.
-Да. Как и большинство в Совете кантонов. Из вас, принцесса, получился бы хороший судья.
Злого торжества в его голосе Вара больше не слышала. Ксакс и впрямь пытался стать другим человеком, с каждым днем у него получалось все лучше. Этот музыкант Айрен для него не только маска, больше, чем просто маска. Принцессе неприятно было узнать, что ее знати все равно, кто сидит на троне. А вот лорд Райен не боялся. Есть у нее еще один вопрос, после него она снова сможет доверять Ксаксу. И они снова будут друзьями.
-Лорд-протектор, почему вы сбежали?- холодно спросила будущая королева.
Он долго молчал, наверно причин накопилось много. Так много, что сложно было выбрать, что говорить.
-Лгать теперь у тебя не получится.
-Мне не нравится убивать детей. Я этого никогда не делал и не собираюсь начинать- неожиданно лорд Ксакс откопал где-то благородство, ветхое и потрепанное. Из-за нее получается и сбежал. Не только из-за нее, но все равно слышать это было приятно.
- А вешать женщин?- не удержалась Аруна. Ей было легко представить себя на месте Фрейи. Человека, который разлучил ее с любимым она бы тоже убить попыталась, неважно дворец вокруг или не дворец. Правда лорд-протектор с тех пор здорово изменился, но вот надолго ли?
-И вешать женщин тоже не нравится. Надеюсь, что вопросы у вас закончились. А то я чувствую себя, как обвиняемый на суде.
Арборейка не стала говорить ему про детей, работающих в шахте. Насколько она помнила,ритуал ничего нового не добавлял в человека, просто показывал то, что и так в нем было. Тот, другой, был сильнее и честнее Ксакса. А значит называть его старым именем будет неправильно. Будет теперь называть его Айрен.
Если она будет видеть только Айрена, то у них и впрямь будет союзник. Смелый, умный и ненавидящий Крила. Хорошо его знающий. А с ритуалом может что-то и выйдет. Может, им Калем поможет. Слишком много может. Но ей так хочется, чтобы получилось. Этот мужчина ей нравится, он заслуживает второго шанса…
А в Равенне была ярмарка. Самая большая в году. Стража их не видела. И опять никто не узнавал ни Вилла, ни Ксакса. Яркая улыбка и сияющие глаза совершенно преобразили ее друга. С каждым днем он все меньше напоминал тирана из Крепости, никто бы не поверил, что это один и тот же человек.
Худая угловатая девочка на пару лет постарше принцессы играла на скрипке и пела. Огромный как бык мужчина, до самых глаз заросший черной бородой, вторил ей на губной гармошке. А площадь меж тем хохотала вовсю. Люди смеялись над песенкой о правителе, который всем обязанностям предпочитал стояние у зеркала и думал, что великим королем можно стать, просто любуясь на свое отражение. Однажды навестил он одного из своих вассалов, а у того зеркала в полный рост в замке не нашлось и приказал тогда вассала повесить. Над песенкой о деле государственной важности- жабо для нового наряда некого лорда. Все портные королевства опасаются сделать его недостаточно большим, недостаточно роскошным и угодить за это в шахту. Над песенкой о слуге, который хочет стать шарфом, чтобы задушить своего господина или конем, чтобы его сбросить тоже хохотали все. Имени лорда-протектора ни разу не прозвучало, но было и так понятно, о ком идет речь.
Ксакс на удивление хорошо владел собой. Уходить он не собирался, наоборот слушал с интересом и тоже хлопал в особо удачных местах. А что был еще бледнее обычного-так это вчерашний ритуал виноват и ничего более.
-Я бы их домой играть пригласила- принцесса смеялась едва ли не громче всех. Тот, кто эти песенки сочинил, давно и хорошо знал лорда-протектора и ничуть его не боялся. Скорее презирал. Должно быть он тоже в Крепости живет. Интересно, кто это? А Ксакса похоже позабавила мысль, что на его привычках можно заработать.
Стоило музыкантам закончить, как их непредсказуемый союзник пошел знакомиться. Будь Вилл на месте этих людей, он бы интересу к себе не обрадовался, человек, который рядом с ним стоял, был злопамятен и мог заставить комедиантов дорого заплатить за каждое слово.
-Отличные стихи. И голос у вашей дочери хорош. Это было весело.
-Вы тоже будете играть?- ее дядя первым заметил лютню на спине незнакомца.
-После вас выступать непросто. У меня песни не смешные, да и мешать политику с музыкой я не умею.
-И вам на жизнь хватает?
-Вполне- он бросил горсть золота в их старую шляпу, где была только медь. Много меди.
-И где же вы так заработали?
-Во дворце. Услышал, что протектор любит музыку- вот и решил рискнуть. Как видите- не прогадал- богатым он не выглядел, но излучал уверенность богача. Говорил незнакомец хорошо и убедительно, Итка прям заслушалась.
-А я-то думал, что всех музыкантов Кейла знаю. Но вас что-то никогда не видел- Бродан с неприязнью покосился на этого лощеного сладкоречивого типа. Небось бреется не сам, а к цирюльнику ходит и сапоги тоже не сам себе чистит. И спит только в чистой постели. И вряд ли спит там один.
-Королевство-то большое. Так и я о вас никогда не слышал. Но вы все же попробуете, времена сейчас трудные, а юность у вашей дочери только один раз будет.
Осторожный Бродан все его монеты на зуб попробовал. Все оказались настоящие и дяде стало стыдно. Под зарослями не разобрать, но кажется и покраснел. Этот человек не желал им зла, он помочь хотел. И помог. Она сегодня впервые за неделю поест досыта и горячую ванну увидит. Прятать под чепцом грязные волосы Итке надоело. А дядину бороду скоро ни один гребень не возьмет, Бродан с ней на разбойника похож. Сегодня вот купит новую бритву и не будет больше своим лицом людей пугать. А без бороды оно у него совсем не страшное, ее тете очень даже нравилось. Тетя у нее красивая была. И мама тоже.
-С нашими песнями мы золота не заработаем. Но на шахты хватит. Или на тюрьму.
-Там скорее другую песню надо писать. Про то, что дружбу можно найти разве что в зеркале. Может, когда-нибудь и напишу. Песни есть песни. Не рискнете- не пообедаете. И новое платье дочке не купите. Всего хорошего- а этот музыкант получается жалеет лорда- протектора. И ничуть его не боится. И чего только дядя на него так взъелся? Ей незнакомец кажется благородным человеком. Справедливым. И не озлобленным.
Должно быть она совсем голодной выглядела, есть и вправду хотелось все сильнее. Но заметив во взгляде музыканта что-то вроде жалости, Итка старательно выпрямила спину и нос повыше задрала. Да, башмаки у нее старые, чепец тоже поношенный. И платье больше на тряпку похоже. Все с маминого плеча, а мама была куда как выше и не такой тощей.
-А вы разве играть не будете? Сегодня же ярмарка- несмотря на голод, ей хотелось послушать незнакомца. Он и в самом деле должен быть хорош, раз не испугался играть во дворце. Перед тем, чьих шахт и чьих солдат она втайне боялась.
Музыкант громко чихнул. И платок достал. Ослепительной белизны. И кружевом обшитый.
-Если я с простудой буду петь, то без голоса останусь. А мой голос дорогого стоит.
Она-то и больной выступала. И хоть какой. Не удивительно, что дядя совсем приуныл. А голос у него и без песен был хорош. Низкий, бархатный.
Женщины небось сами под ноги валятся, стоит только этому типу заговорить. И кошелек достать. Вот и племянница слушала открыв рот. Совсем задурил девочке голову. Всю ярмарку Итка только и делала, что повторяла слова самоуверенного незнакомца. Утром и вечером, дядя, поедем в Крепость, поедем в Крепость. Он так устал с Иткой спорить, что плюнул и согласился. Что мать ее не умнее курицы была он помнил, но думал, дочка посмышленней все же. А нет, курица от курицы далеко не улетит…
Ксакс, то есть Айрен может тут и до утра простоять, музыку он любит и поговорить тоже. Она снова ему нож показала, и он оставил комедиантов. А она-то думала, что протектор в ярость придет. Зверь на его плече иногда шипел, но это было единственным, что выдавало недовольство. Но ему ведь было не все равно, что о нем поют. Последняя песенка Аруне вовсе не понравилась, думать, что все королевство желает Ксаксу смерти было неприятно. Она как-то незаметно перестала желать и до сих пор не может понять, как же так вышло.
-Ты не узнал, кто им стихи пишет? -спросила принцесса. Вара сразу догадалась, зачем он к музыкантам пошел.
-Я и не надеялся. Но когда-нибудь узнаю. Вы ведь разбираетесь в травах, Леон?
-Откуда вы знаете? Вы больны?
-У нас с вами был один наставник. Только меня больше яды интересовали. Мне бы что-нибудь для голоса. Говорить могу, а петь уже нет- он и говорил тише обычного. Голос -его главное оружие, а без голоса Ксакс мало что может. Пару рецептов Леон помнил, сейчас что-нибудь на рынке подберет. Жаль только лаборатории нет, в котелке варить придется…
На рынке Квинт приметил странную компанию, его учили наблюдать и оценивать. Воительница- арборейка, вон как зыркает по сторонам, как добычу выслеживает, только сумасшедший с ней свяжется. Великан-гераклиец, они мирные и добрые, но убить могут одним ударом. Стрелок, он узнал лицо и вознаграждение вспомнил. А эта девчонка должно быть принцесса. А рядом с ней волчонок. И музыкант. Зачем повстанцам музыкант?
Сапоги не дешевые, дед был сапожником, тут он не может ошибиться. Нет оружия, да и на воина не похож. Приветливая улыбка, лютня, котенок на плече. Он уже видел таких, как этот музыкант. В трактире и на площади. Легкая добыча.
Дома его не ждало ничего хорошего. Мама всегда усталая и строгая, работать ему не хотелось. Что интересного: мыть посуду, протирать столы, пол подметать. А Танис. друг его покойного отца все время драки разнимает, а потом отлеживается с переломами. Опять слышать презрение в голосе богатых торговцев, терпеть брать хозяина. У него в отличие от матери есть гордость. А с ребятами было весело. У них жизнь вольная и свободная. Может, даже богатая, если он будет хитер и ловок. Научиться быть хитрым и ловким. Его вчера угостили мясом и вином, хорошим, не какими-то там объедками. Ребята лавку богатую ограбили. Был бы он Братстве- получил бы свою долю. Если украдет сегодня сам- пройдет испытание. Попадет в Братство. Сам не пропадет и маме поможет.
Квинт медленно, как его учили, засунул руку в карман музыканта, вытащил что-то металлическое, серебро. Его схватили и вещь отобрали.
-Первый раз, да? И пробовать не стоило. Руки кривые, отвлекать не умеешь, воняешь как свинья, а шахты- место неприятное- прошипела его “жертва”. Тихо, но презрительно и зло. Что делать-то? Этот мужчина его сильнее, вырваться он не сможет. За руку укусил. Ярость на лице музыканта заставила его задрожать.
Квинт вырвался, только чтобы попасться солдату. В доспехах с гербом Ксакса. Лучше бы и не вырывался.
Айрен прикрыл глаза, восстанавливая свою маску. Бешенство улеглось, черты лица разгладились. Ксакс менялся мгновенно, улыбка выглядела искренней. Располагающей. Солдат примерно одних лет с Виллом охотно улыбнулся в ответ.
-Вас пытались ограбить?
-Нет, на мою лютню никто не покушался. И на моего зверя тоже.Вряд ли у вас в кантоне есть воры. Это было грязное голодное недоразумение. Только зря руки пачкать.
Вилл хотел вмешаться, мальчика было жаль. Но все обошлось и без него.
-Да, отребья здесь хватает. Катись отсюда- незнакомец ему понравился, да и с Братством ссориться не стоило. Вчера он видел этого мальчишку с людьми оттуда. А воров они достаточно на сегодня наловили, для шахт лорда Ксакса хватит.
Ученик Калем удивился. Они все удивились, что Ксакс защитил неудачливого воришку. Только напугал и высмеял. И теперь с досадой смотрел на укушенную руку.
-Ну ее к черту, эту совесть! Чертовски неудобная вещь. Как ты с ней вообще живешь?
-С детства. Привык, знаешь ли- в тон ему ответил Вилл. Бывший враг начинал ему нравиться. Совесть неожиданно превратила Ксакса в хорошего человека. И хорошего союзника.
-Может, и я привыкну. Со временем.
Квинт испугался не на шутку и помчался так, как никогда не бегал раньше. А когда силы кончились -свалился на траву у реки.
Ничего себе музыкант, какая к черту жертва! В глазах мужчины была жажда крови. И голос не лучше.
Ни капитан стражи, ни сборщик налогов, ни судья кантона такого ужаса не внушали и трусом он себя не считал. Злой, холодный голос источал презрение. А хватка была мертвой, его только от неожиданности выпустили.
Только раз в жизни Квинт видел такого же страшного человека. Одноглазый разбойник, главарь банды, его долго поймать не могли. А когда схватили, то держали в клетке на рынке. Бандит злобно зыркал и бранился. Того убийцу не посадили на кол и в клетке он с голоду не умер. Теперь тот разбойник говорят во дворце живет и служит Ксаксу. Говорят, ему только убийцы и разбойники и служат…
Ничего себе испытание получилось. Не хочет он ни в какое Братство. И вором быть не хочет. Повезло ему, что отпустили, в следующий раз так не повезет. Воров вешают и руки им отрубают.
А не к вору ли он сегодня сдуру сунулся в карман? К убийце? Страшные у Вильгельма Телля союзники, с такими и врагов не надо.
А если он еще раз так ошибется? Нет, в шахты Квинт точно не хочет. Плохо его учили или он плохо слушал. Оценил, молодец! Самого беззащитного выбрал. Если человек с оружием не ходит, то может ему оружие и не нужно? Может, он и без оружия страшен? И голыми руками убить может.
А лютня- это только маскировка, хорошая маскировка, он наверняка не первый дурак, кто на нее попался. Никакой это не музыкант. Не бывает таких глаз у музыкантов.
-Мам. давай я тебе помогу.
Мать все также мыла столы в трактире. Танис спал, вчера большая компания гуляла почти до рассвета. И дралась долго, разнимать их было непросто. И только хозяин выглядел непривычно довольным, должно быть ему много отвалили за сломанную мебель и побитую посуду.
-Квинт, что случилось? Ты какой-то другой- в голосе матери радость мешалась с тревогой.
-Ну их к черту. Не выйдет из меня вора.
Квинт натаскал воды из колодца и повесил котел над огнем, еще вчера ему хватило бы и речки. Яростно намылился, так что мыло попало в глаза. Дал матери себя причесать. Ненависть он бы еще понял, но презрение в голосе его задело. У него ведь есть гордость. И он придумает, что делать дальше. Что он сможет делать. Как только страшный человек из города уберется. Квинт боялся вновь попасться ему на глаза. Но ведь надо же предупредить Вильгельма Телля!
Злость придала ему сил и грязные тарелки быстро закончились. Остались только кружки. Ничего, проживет он как-нибудь без трактира. И без Братства тоже проживет.
Испугать ее сына было полезно. Он никогда так старательно не работал, а потом связался с дурной компанией. Да и мыться не слишком любил. Как только она будет немного посвободнее, они сядут вместе и подумают. Трактир, который был им домом, Квинту и вправду не слишком подходит, теперь она это видит. Теперь все будет хорошо.

@темы: Легенда о Вильгельме Телле, Фанфики

URL
   

Голос королевства теней

главная